К основному контенту
ДОРИЗО,  ДРУНИНА


ДОРИЗО  НИКОЛАЙ

Как много фамилий
Вдова
Популярность шумна и изменчива



Как много фамилий

Как много фамилий,
Как мало имён!
Поэтов у нас
             изобилие.
И как нелегко
              перейти Рубикон,
Чтоб именем
            стала фамилия!
1969


Вдова

Елене Сергеевне Булгаковой

Мало
     иметь
           писателю
Хорошую жену,
Надо
     иметь
           писателю
Хорошую вдову.

Мне эта горькая истина
Спать не даёт по ночам.
«Белая гвардия» издана,
Вышли «Записки врача»,
«Мастер и Маргарита»,
«Бег»,
       «Театральный роман»…
Всё,
     что теперь знаменито,
Кануло б в океан.
Вы понимали,
             с кем жили.
Русский поклон Вам земной!
Каждой
       строкой
               дорожили
В книжке его записной.
В ящик
       слова
             запирали,
И от листа
           до листа
Эту державу
            собрали,
Словно Иван Калита.
Тысячи подвигов скромных,
Подвигов
         Ваших
               святых,
Писем,
       лежавших в приёмных
У секретарш занятых.

Собрана
        Вами
             держава,
Вся,
     до последней главы.
Вы
   и посмертная слава -
Две его верных вдовы…

1968


Популярность шумна и изменчива

Популярность шумна и
                     изменчива.
По натуре она такова.
Только слава -
               надёжная женщина,
Но она
       не жена,
                а вдова.
1963




ДРУНИНА  ЮЛИЯ

А я для вас неуязвима...
Зинка
Ты рядом
Мир до невозможности запутан.
Судный час



А я для вас неуязвима...

А я для вас неуязвима,
Болезни,
Годы,
Даже смерть.
Все камни – мимо,
Пули – мимо,
Не утонуть мне,
Не сгореть.
Все это потому,
Что рядом
Стоит и бережёт меня
Твоя любовь – моя ограда,
Моя защитная броня.
И мне другой брони не нужно,
И праздник – каждый будний день.
Но без тебя я безоружна
И беззащитна, как мишень.
Тогда мне никуда не деться:
Все камни – в сердце,
Пули – в сердце...



Зинка
(Памяти однополчанки –
Героя Советского Союза
Зины Самсоновой)

  1

Мы легли у разбитой ели.
Ждём, когда же начнёт светлеть.
Под шинелью вдвоём теплее
На продрогшей, гнилой земле.

– Знаешь, Юлька, я – против грусти,
Но сегодня она не в счёт.
Дома, в яблочном захолустье,
Мама, мамка моя живёт.

У тебя есть друзья, любимый,
У меня – лишь она одна.
Пахнет в хате квашнёй и дымом,
За порогом бурлит весна.

Старой кажется: каждый кустик
Беспокойную дочку ждёт...
Знаешь, Юлька, я – против грусти,
Но сегодня она не в счёт.

Отогрелись мы еле-еле.
Вдруг приказ: "Выступать вперёд!"
Снова рядом, в сырой шинели
Светлокосый солдат идёт.

  2

С каждым днём становилось горше.
Шли без митингов и знамён.
В окруженье попал под Оршей
Наш потрёпанный батальон.

Зинка нас повела в атаку.
Мы пробились по чёрной ржи,
По воронкам и буеракам
Через смертные рубежи.

Мы не ждали посмертной славы, –
Мы хотели со славой жить.
...Почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит?

Её тело своей шинелью
Укрывала я, зубы сжав...
Белорусские ветры пели
О рязанских глухих садах.

  3

– Знаешь, Зинка, я против грусти,
Но сегодня она не в счёт.
Где-то, в яблочном захолустье,
Мама, мамка твоя живёт.

У меня есть друзья, любимый,
У неё ты была одна.
Пахнет в хате квашнёй и дымом,
За порогом стоит весна.

И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла.
...Я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала?!
1944


 Ты рядом
(Алексею Каплеру)

Ты — рядом, и все прекрасно:
И дождь, и холодный ветер.
Спасибо тебе, мой ясный,
За то, что ты есть на свете.

Спасибо за эти губы,
Спасибо за руки эти.
Спасибо тебе, мой любый,
За то, что ты есть на свете.

Ты — рядом, а ведь могли бы
Друг друга совсем не встретить..
Единственный мой, спасибо
За то, что ты есть на свете!



Мир до невозможности запутан.

Мир до невозможности запутан.
И когда дела мои плохи,
В самые тяжелые минуты
Я пишу веселые стихи.

Ты прочтешь и скажешь:
— Очень мило,
Жизнеутверждающе притом.—
И не будешь знать, как больно было
Улыбаться обожженным ртом.


Судный час
(Последнее)

Покрывается сердце инеем —
Очень холодно в судный час…
А у вас глаза как у инока —
Я таких не встречала глаз.

Ухожу, нету сил.
Лишь издали
(Все ж крещеная!)
Помолюсь
За таких вот, как вы, —
За избранных
Удержать над обрывом Русь.

Но боюсь, что и вы бессильны.
Потому выбираю смерть.
Как летит под откос Россия,
Не могу, не хочу смотреть!




Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

ЭРЕНБУРГ  ИЛЬЯ Возмездие Я бы мог прожить совсем иначе... Возмездие Она лежала у моста. Хотели немцы Её унизить. Но была та нагота, Как древней статуи простое совершенство, Как целомудренной природы красота. Её прикрыли, понесли. И мостик шаткий Как будто трепетал под ношей дорогой. Бойцы остановились, молча сняли шапки, И каждый понимал, что он теперь - другой. На Запад шёл судья. Была зима как милость, Снега в огне и ненависти немота. Судьба Германии в тот мутный день решилась Над мёртвой девушкой, у шаткого моста. 1942 г. Я бы мог прожить совсем иначе... Я бы мог прожить совсем иначе, И душа когда-то создана была Для какой-нибудь московской дачи, Где со стенок капает смола, Где идёшь, зарёю пробуждённый, К берегу отлогому реки, Чтоб увидеть, как по влаге сонной Бегают смешные паучки. Милая, далёкая, поведай, Отчего ты стала мне чужда, Отчего к тебе я не приеду, Не смогу приехать никогда?.. Февраль или март 1913 г.
ИВАНОВ,  ИМБЕР ИВАНОВ  АЛЕКСАНДР (Пародии) Белле Ахмадулиной Величальная Вступление в поэму Жуткий случай Заколдованный круг Иосифу Кобзону Мой пёс и я Он может, но... Писание и дыхание Посвящение Ларисе Васильевой Родословная Белле Ахмадулиной Она читала, я внимал То с восхищеньем, то с тоскою... Нет, смысла я не понимал, Но впечатленье – колдовское. Величальная Каким здоровьем нужно обладать, чтоб быть на свете русским человеком! Какую ж нужно силушку иметь, чтоб всю отдать и стать ещё сильнее!                                                                        Феликс Чуев Мне гордости вовеки не избыть, я горд всегда и не могу иначе. Каким же нужно фантазёром быть, чтоб всё спустить и стать ещё богаче! Как нашему народу не воздать, как из него не сотворить кумира. Каким здоровьем нужно обладать, чтоб всё сгноить и содержать полмира! Кто б мог такое, кроме нас, суметь – терпеть гордясь, склоняться и н
КАЗАКОВА РИММА Постарею, побелею, как земля зимой... Дураки По поводу нового-старого гимна Постарею, побелею, как земля зимой... Постарею, побелею, как земля зимой. Я тобой переболею, ненаглядный мой. Я тобой перетоскую, переворошу, по тебе перетолкую, что в себе ношу. До небес и бездн достану, время торопя. И совсем твоею стану – только без тебя. Мой товарищ стародавний, суд мой и судьба, я тобой перестрадаю, чтоб найти себя. Я рискну ходить по краю в огненном краю. Я тобой переиграю молодость свою. Переходы, перегрузки, долгий путь домой... Вспоминай меня без грусти, ненаглядный мой. 1970 Дураки Живут на свете дураки: На бочку мёда – дёгтя ложка. Им, дуракам, всё не с руки Стать поумнее, хоть немножко. Дурак – он как Иван-дурак, Всех кормит, обо всех хлопочет. Дурак – он тянет, как бурлак. Дурак во всём – чернорабочий. Все спят - он, дурень, начеку. Куда-то мчит, за что-то