ЧАСТЬ 6
012. АЛЕКСАНДР ДОЛЬСКИЙ
(С аудио кассет)
01. ЧЕТЫРЕ АНГЕЛА
02. ДВЕ ЖЕНЩИНЫ
03. ОДИНОЧЕСТВО
04. 1825, ТРИНАДЦАТОЕ ДЕКАБРЯ
05. ОГЛЯНИСЬ НЕ ВО ГНЕВЕ
06. 1985, ПРИМЕТЫ ВРЕМЕНИ
07. ЛОЖЬ
08. ХОЛУИ
09. ПЕСЕНКА О ГЛУПОСТИ И ТРУСОСТИ
10. НА ВСЕХ ДОРОГАХ
11. ПИЛИГРИМЫ
12. ЛАДОНИ НА ГЛАЗАХ
13. МОЙ ДРУГ - ВОЛОДЬКА БЕРСЕНЁВ
14. ДЕНЬГИ, ДЕНЬГИ, ВЕЩИ, ВЕЩИ
15. НИЩИЙ ШИММИ-БЛЮЗ
16. СОЧЕТАНИЯ И ПЕРЕСТАНОВКИ
17. Предчувствуя горечь гонений (?)
01. ЧЕТЫРЕ АНГЕЛА
Четыре ангела мои ко мне слетаются и спорят:
Какой мне путь предначертать и что вложить в уста для пенья;
Распределяют по годам минуты радости и горя;
И чертят график на листе, а в нём - болезни и терпенье.
Аллеи Павловска пусты и я иду по ним неспешно:
Давно изученный пейзаж - и каждый раз - неповторимый!
В такие светлые часы легко забыть, что все мы грешны;
И может ангелы грешны и даже метят - в серафимы.
Берегу я, как могу я,
И храню, и почитаю, как родителей -
Птицу Жалость, птицу Верность,
Птицу горестную Совесть, птицу Честь.
От обиды улетают, от обмана умирают
Эти преданные ангелы-хранители.
Лишь они на слабых крыльях
Могут жизнь мою пронесть.
Но вот один из них сказал: “Ах, господа, какая мука -
Остановить его пора - работать трудно на ходу!”
Другой ответил: “Не спеши - ведь скоро ждёт его разлука!”
А третий тихо произнёс, что видит и ещё беду.
Четвёртый - самый молодой, - на сына моего похожий
Сказал, - и белою рукой коснулся грустного лица:
“Он будет часто умирать, - чтоб чью-то совесть растревожить;
Он должен боль и грех познать, - чтоб успокаивать сердца.”
Берегу я, как могу я,
И храню, и почитаю, как родителей -
Птицу Жалость, птицу Верность,
Птицу горестную Совесть, птицу Честь.
От обиды улетают, от обмана умирают
Эти преданные ангелы-хранители.
Лишь они на слабых крыльях
Могут жизнь мою пронесть.
А я не слышал тех речей и брёл, без цели, - наудачу;
И от хранителей моих не ждал решительных идей.
И смолк их тихий разговор: я их, наверно, озадачил -
Поскольку плакал без причин, представив Землю и людей...
Берегу я, как могу я,
И храню, и почитаю, как родителей -
Птицу Жалость, птицу Верность,
Птицу горестную Совесть, птицу Честь.
От обиды улетают, от обмана умирают
Эти преданные ангелы-хранители.
Лишь они на слабых крыльях
Могут жизнь мою пронесть.
Лишь они на слабых крыльях
Могут жизнь мою пронесть...
02. ДВЕ ЖЕНЩИНЫ
Две женщины: одна - светла и величава;
Другая - утончённа и смугла; -
Явились мне без зова, - для начала, -
Расстроив мои мысли и дела!..
Какой прекрасный случай и печальный:
Я не достоин ни одной из них -
Их чистоты высокой, изначальной;
Но я люблю, - и сразу - их двоих!
Как юность, нам, - с небрежной простотою, -
Дарует единенье душ и тел;
Так зрелость - уязвима красотою,
И чувствует сближению предел! -
Ни слова лишнего, ни жеста, ни касанья,
А, лишь, случайный робкий взгляд - стремглав...
Но, исподволь, - глубокое вниманье
К великой сути их простых забав!
Что блага все, - что вера, и что слава?
Когда б на них, двоих - я променять всё смог!
Двоих люблю: - но разве это слабость?!
И Зевс - вот так страдал! А он был - бог!
И стал я им служить: и жизнь я строю,
Как их капризы мне велят, порой...
А звал я Музыку - любимою сестрою;
Поэзию - любимейшей сестрой!..
03. ОДИНОЧЕСТВО
Холодный взгляд - любовь таит,
И красота гнетёт и дразнит!
Прекрасны волосы твои;
Но, - одиночество прекрасней!
Изящней рук - на свете нет;
Туман зелёных глаз - опасен!
В тебе всё - музыка и свет!
Но, - одиночество, но, - одиночество,
Но, - одиночество прекрасней!
С тобою - дни равны годам;
Ты утомляешь, словно праздник!
Я, за тебя, и жизнь отдам;
Но, - одиночество прекрасней!
Тебе идёт любой наряд -
Ты каждый день - бываешь разной!
“Счастливчик!” - люди говорят.
Но, - одиночество, но, - одиночество,
Но, - одиночество прекрасней!
Не видеть добрых глаз твоих -
Нет, для меня, - страшнее казни!
Мои печали - на двоих;
Но, - одиночество прекрасней!
Твоих речей, виолончель
Во мне всегда звучит, не гаснет!
С тобою быть - вот жизни цель!
Но, - одиночество, но, - одиночество,
Но, - одиночество прекрасней!..
04. 1825, ТРИНАДЦАТОЕ ДЕКАБРЯ
Сегодня, - или никогда!
Настал последний вечер.
Ах, князь, кончайте речи!
Закройте шторы, господа,
Поставьте ярче свечи.
Забудем в этой тишине
Доносы и обиды -
Пока мы не убиты,
Пока мы не забыты...
Ах, князь! Гитару мне!
Да, князь, по правде говоря, -
Живём мы некрасиво;
И повторяю я не зря:
“Мы за хорошего царя,
А за кого Россия?”
Под звуки флейты и трубы
Я понял в дальних странах:
Тиранов делают рабы,
А не рабов - тираны!
Ах, князь, как это странно!
Да, князь, - прекрасные слова:
Свобода, Равенство, Права -
Надеюсь, нам помогут...
Вы обмакнули рукава
В шампанское, ей богу!
Фрондёрство, князь, и куражи
Оставим мы поэтам,
Скользящим по паркетам,
А мы на карту ставим - жизнь...
Готовьтесь, князь, к рассвету!..
05. ОГЛЯНИСЬ НЕ ВО ГНЕВЕ
Быть может придут долгожданные сроки
И Правда пройдётся по всем временам,
Чтоб в будущей жизни усвоить уроки
И помнить опричников по именам!
Сокрыты вельможи, чиновник-кропатель,
Кто, плоть надрывая, невинных травил:
Один был - доносчик, другой был - предатель,
Вот этот - завистник, а этот - в крови!
И чтоб помянуть убиенные души
Твердим имена - и не хватит свечей...
Но сон супостатов - боимся нарушить:
Мы так уважаем своих палачей!
Оглянись не во гневе, а в смущеньи и горести,
Не боясь от стыда и прозрений сгореть, -
Назови свои беды по имени-совести,
Чтобы их узнавать, если явятся впредь!..
Легко и спокойно живут некрофилы
И, власть предержащей корявой рукой,
Карают идеи, романы и фильмы,
И честь воздают - только за упокой...
А мы говорим полуправду, лукаво,
И все имена опустив между строк,
Как будто себе оставляем мы право -
Другим преподать этот чёрный урок...
Как вырваться нам из трусливого плена? -
Так ждали в тридцатых визита в ночи!..
О жертве - скорбим, преклоняем колена,
И о подлеце - мы стыдливо молчим.
Оглянись не во гневе, а в смущеньи и горести,
Не боясь от стыда и прозрений сгореть, -
Назови свои беды по имени-совести,
Чтобы их узнавать, если явятся впредь!..
Кто самых великих борцов уничтожил,
Почти обескровил науку и рать; -
Мне облик его неприятен до дрожи; -
Я имя его не хочу повторять.
И я умоляю - судите злодея!
И бросьте Фемиде на чаши весов:
Погибших сердца, оскверненье Идеи,
И все имена лизоблюдов и псов!
Не ради отмщенья, а ради надежды,
Что Низость вовек не посмеет восстать!
И Гений Российский не смогут невежды
Насиловать и поворачивать вспять!
Оглянись не во гневе, а в смущеньи и горести,
Не боясь от стыда и прозрений сгореть, -
Назови свои беды по имени-совести,
Чтобы их узнавать, если явятся впредь!..
06. 1985, ПРИМЕТЫ ВРЕМЕНИ
Жизнь замшела - висит паутина в углах;
И ни света, ни воздуха - душно и серо.
И, в засиженных мухами старых делах
Мы погрязли, забыв про надежду и веру!
Не пробиться ни вниз, ни наверх, - никуда:
Слово смелое - глохнет, мельчают прозренья!
Быть талантливым - страшно, а честным - беда!
И смешно - одержимым высоким гореньем!
И мучают память мою и твою
Слова, что звучали украдкой...
И нужно сказать мне, а я всё пою
По старой подпольной повадке.
Кровь и золото выжмут дельцы из идей;
А учёному, часто, достаточно - Чести!
И впервые Земля увидала детей,
Получивших возможность: исчезнуть всем вместе!
В недоверьи народы, мечи обнажив,
Ожидая момента - застыли тревожно!
И слова превратились в тупые ножи:
Напугать - незадача, убить - невозможно!
И время смешало - вблизи и вдали, -
И раны посыпало солью;
И всё, что случилось в пределах Земли, -
Семейной становится болью!
Ни вперёд, ни назад, ни взглянуть, ни шагнуть, -
Тут стена, - там стена, - всюду стены и стены!
Лихоимство и серость уставили путь,
Ощущая в движении - дух перемен.
И опять пробираюсь вперёд без дорог -
Не в обход же! - Манёвр не решает вопроса!
И мой взгляд светло-серый тревожит Восток,
А Европе он кажется - рысьим, раскосым!
И свет, долгожданный, мелькнул впереди;
И дымка сошла с ветрового стекла!
Но, что это? - снова буксуем в пути:
Много грязи, а скорость мала!
Много грязи, а скорость - мала...
07. ЛОЖЬ
Я долго, внимательно слушал
И от вранья еле жив! -
Смертельно опасной Кривды
Скопилось невпроворот!
Но лгуны, иногда, опомнясь,
Кричат, мол, - довольно Лжи!
Попробуй - скажи им Правду, -
И тебе - затыкают рот!
Лгут родители - детям;
Дети - родителям лгут;
Жёнам - мужья; а друга -
Легко облапошит друг!
В лицо начальника, преданно
Смотрит наглец и плут!
Один начальник, - другого -
Охотно берёт на испуг!
А тем, - немногим - ничтожно немногим,
Стремящимся Правду найти, -
Или - тихо ломают ноги,
Или перекрывают пути!
Заводят, иные писаки,
Поднаторев в рублях,
Песенку о Морали,
О Скромности - канитель.
Актёры путают фразы
В придуманных, наспех, ролях.
Искусство - налог на Глупость -
Возводит в конечную цель!
Ложь большая и маленькая,
Сытая и убогая,
Частная и всеобщая -
Свершают гигантский труд:
И сходятся в наших квартирах,
Где Правда живёт однобокая;
И, как элементы комфорта, -
Семейный уют создают...
А тех, - немногих - ничтожно немногих,
В которых свет Истины есть -
Бросаем одних в дороге
И песни поём в их честь!
От зависти и по расчёту,
От глупости и от лени -
Ложь подрезает крылья
Застит просторы Уму!
Живущий во лжи безмятежно -
Достоин сожаленья!
Стоит презренья и смеха, -
Лгущий себе самому!
Облыгу и пустобая -
Мало - назвать лжецом!
Стыдливость и Деликатность -
Это твоя беда!
Но если ты выбрал: драку -
Вперёд, и не прячь лицо!
Вор и Предатель жиреют
На трусости нашей всегда!
А тех, - немногих - ничтожно немногих,
Желающих Правду копнуть, -
Считают чокнутыми, в итоге,
Что, в общем, меняет суть!
Что резко меняет суть!
Что, в корне, меняет суть!
08. ХОЛУИ
И печаль, и проклятье великой страны,
Где живут гениальные дети;
И опасней чумы, и страшнее войны -
Холуи беспросветные эти.
Угождалы столпов, холуи холуёв;
Соискатели власти и санов;
И рабы, отупевших от силы голов;
И приказчики ловких обманов.
Хоронилы законов, которых народ
Не имеет спасительной сени.
И поэты - добротных лакейских пород -
Должностные жрецы поколений.
Раболепные слуги высоких постов -
Попиратели тихих прошений.
Я встречал их: они и в беседе простой
Очень любят слова унижений.
Посмотри им в глаза - в них квадратная суть
Или тихая, липкая сладость.
Но, споткнёшься, - тотчас ухитряются пнуть, -
Это высшая рабская радость!
И великий палач ими был обретён -
У лакеев талант: наговоры и козни!
И не раз на Руси попирался закон
У Иванов не помнящих, хитрых и грозных.
Но не всё им - лафа, и не многим из них
Удалось дотянуть до сегодняшней ямы!
Чаще - тоже рубали баланду и жмых,
Или, так же, они казнены холуями!
Униженье и Смерть выгребают улов,
Наступает предел, - и очнуться пора нам.
Не вожди создают холуёв и рабов,
А холопы - на царство венчают тиранов!
Не опасен опричникам времени Суд -
Показала История новая:
Преступленья - ошибками все назовут,
Будет всё ре-пере-именовано!
Дух Высокий отпущен нам скудно, и вот,
Словно ветер он бьёт в наши снасти!
И великое судно, боюсь, заплывёт
В акваторию новых напастей:
Если корм холуёв - многолетнюю ложь, -
Мы, как мусор, не выбросим за борт,
Чтоб компас не трясла бесконечная дрожь,
Чтобы знать: где - восток, а где - запад!
И ещё есть надежда, и камень один
И в углу, и по краю который -
Слава богу, высокой души гражданин
Не повывелся в наших просторах!
09. ПЕСЕНКА О ГЛУПОСТИ И ТРУСОСТИ
Идя напрямик - не пробьёшься никак
Сквозь серую лень и турусы.
И смел Дон Кихот - потому что - простак!
А кто по хитрее - те трусы!
Внизу - поспокойней, опаснее - ввысь:
Оттуда скатиться не сложно -
Там заповедь, что и внизу: убоись, -
Будь больше других осторожен!
Богохульники, паяцы, богачи или бичи -
Все чего-нибудь бояться: кто кричит и кто молчит.
Мы и жить боимся, братцы,
И в сырую землю лечь!
Ну, а умники бояться
Дураков - о том и речь!
И так повелось от языческих вех
Сквозь царство Петров да Иванов,
Что трусам живётся вольготнее всех:
И сытно, и курно, и пьяно!
Вдруг, - некто возникнет, как старый Сократ -
Он трусов язвит и тревожит:
“Да, смелый дурак - безопасней стократ,
А умному смелость - дай боже!”
Умник ловок и искусен -
Скрыт он на испуг от нас;
А дурак - он только трусит
Личной смелости, подчас!
Всё, что в мыслях заимелось,
Дурень высказать готов!
“Вы за искренность и смелость? -
Уважайте дураков!”
Кулак поднимает нам - только испуг,
А серость - не любит урока.
И люди, со страху, - взгляните вокруг -
Всегда избивают Пророков!
Расставили сети, и ждут, хитрецы:
Поймать, устрашить, заневолить!
Но ходят не торной тропой мудрецы,
И, уж, не толпою, тем более.
И когда теснит тупая
Сила - вот уж - на краю!
Кто поймёт: я отступаю
Или пар спустить даю?!
Быть побитым и убогим -
Не сочту за стыд и труд,
Чтобы высказать, в итоге -
То, что Истиной зовут.
10. НА ВСЕХ ДОРОГАХ
Мой друг - я выбился из сил -
Творя свой путь, творя свой быт;
И горечь в сердце накопил:
Чем чаще - прав, тем больше - бит.
Но так устроен дом родной:
Его беда - моя вина.
Не насладишься тишиной -
Идёт здесь давняя война.
Противник наш недалеко:
Он каждый день - глаза в глаза.
Его осилить нелегко;
И я хочу тебе сказать:
На всех дорогах дяди с серым веществом
Настроены всегда на “тише едешь...”
Надёжно закрывают серым существом
Пути прямые к правде и победе!
Примет на них особых нет:
И Сталинские старики,
И карьеристы средних лет,
И молодые вожаки;
Судья, плюющий на закон,
И высоко сидящий трус,
И протестующий планктон,
И надзиратель слабых муз.
Их цель обыденна, и к ней
Они спешат и жгут мосты:
Урвать кусок, и покрупней, -
От всенародной немоты!
На всех дорогах дяди с серым веществом
Настроены всегда на “тише едешь...”
Надёжно закрывают серым существом
Пути прямые к правде и победе!
Я вижу их, ясней чем ты, -
Они мне затыкали рот,
На песнях ставили кресты, -
Но слово, горькое, живёт!
Наш тихий враг - хитрее нас;
Он многочислен и силён,
Хватаясь, для отвода глаз,
За древки, наших же, знамён!
И обещать я не могу,
Что уцелеем мы с тобой -
Такому ловкому врагу
Давно знаком жестокий бой!
На всех дорогах дяди с серым веществом
Настроены всегда на “тише едешь...”
Надёжно закрывают серым существом
Пути прямые к правде и победе!
11. ПИЛИГРИМЫ
Мы приходим в этот мир, как боги -
Без сомнений, с олимпийской хитрецой!
Где-то, нами не оббитые пороги,
Что расквасят нашу веру и лицо.
И слова предначертаний и пределов -
Оскорбительных параграфов талмуд -
Не тревожат наше царственное тело
И бессмертную, нам, душу не гнетут.
Мы властители и слова и просторов;
Наши истины - цветные миражи;
Но нисходим мы с Олимпа в коридоры
И на очередь за Правдой, - тратим жизнь.
Эти клетки, где трепещут наши крылья,
Где не дышится и сердце не стучит,
Эти книжечки с пометками усилья
Быть богами, презирающими быт.
Эти лживые названия ступеней,
По которым к некрологу торен путь;
И нехватка сострадания и денег;
И всегда, - всегда ещё чего-нибудь.
Это всё - меня так учат пилигримы,
Что с безумной песней по миру идут -
Пациенты прокураторов из Рима
И носители прозрений и простуд.
О победе мы печёмся и горюем,
Из веков, как пауки, мы тянем нить.
“Но, когда вы победите - говорю им -
Вас захочет кто-то тоже победить!”
“Что поделаешь - они мне отвечают -
Если даже безнадёжна наша роль,
Это лучше, чем бессонными ночами
Унизительную пестовать юдоль.”
И живут они во мне, и в путь торопят,
Что намечен сердцем, - или богом дан!
И идём - пока идём мы - по Европе:
Пилигримы - из Эллады в Магадан!
Пилигримы - из Эллады в Магадан!
12. ЛАДОНИ НА ГЛАЗАХ
Я суетился, глупо жил, -
Спешил в тоске и жажде;
Вдруг кто-то руки положил
Мне на глаза, однажды.
Я чувствую от глаз к вискам -
Прохладное касанье, -
Узнать кого-то, по рукам, -
Немое приказанье!
И я задумался на миг,
Качаясь как в вагоне:
Мужчина, женщина, старик? -
Неясные ладони...
Кто так уверен, что со мной
Был близок или дружен,
Что, до сих пор, в судьбе земной,
Он мне зачем-то нужен?
Ах, это ты, мой старый друг!
Твоя повадка - точно!
Но, нет!.. Ладоней полукруг
Лежит легко, но прочно.
Да! Вспомнил я: ведь ты ушёл
Не в лучший день и час мой...
В ладонях тёплых хорошо
И память тихо гаснет...
Теперь мне ясно: это ты!
Откуда ты явилась?
Освободи от темноты -
Откройся, сделай милость.
Моя вина, твоя вина -
Забудь! И я забуду!
Ты! Отгадал я?! - тишина...
Нет, не свершиться чуду!..
Ах, - это мама! Мама ты?
В ответ - опять молчанье...
Заговорился, - темноты
Не видно окончанья...
С ума сошёл я, фантазёр:
Ведь ты скрестила руки -
В краю лесов, в краю озёр -
На вечныя разлуки!..
Невольно так себе я лгу
С закрытыми глазами.
Нет, - отгадать я не могу -
Скажите имя сами!..
О, нет! Не убирайте рук! -
Я памяти внимаю,
И слышу чей-то сердца стук,
Но чей? - не понимаю...
Кто так уверен, что со мной
Был близок или дружен,
Что, до сих пор, в судьбе земной,
Он мне зачем-то нужен?..
13. МОЙ ДРУГ - ВОЛОДЬКА БЕРСЕНЁВ
У Володьки Берсенёва возвратился отчим с фронта:
Миной ногу отхватило, руку срезал пулемёт.
Ядовитый был мужчина - без скандала и без понта:
Чуть чего - костыль хватает - по башке беззвучно бьёт.
А потом орёт: “Мамашу ты довёл до отощанья
Жрал, небось, по обе пайки - беспардонный жеребец!”
И такими этажами по двору ведёт вещанье,
Что Володька взял и синькой отравился, наконец...
Ох вы клёны, клёны, клёны вдоль дороги -
Вы напомнили мне небыль или быль.
А дорога - всегда от Бога,
От людей - пыль...
Ну, конечно, санитары - очень ловкие ребята
И Володьку откачали, и мамане дали спирт!
А Володькин бывший папа - не хотел идти в солдаты -
Он начальник был огромный, - или только делал вид!
Он приехал на машине, но к Володькиной мамаше
Не зашёл - в четыре метра, - где безумный коллектив.
Находился в изумленьи от трагедии вчерашней
И сказал: “Отдайте Вовку! Если Вовка будет жив...”
Ох ты время, время, время нашей жизни -
Превращаешься ты в память и печаль,
Возвращаешься в тоске и укоризне -
Ах, как жаль!..
Но не хочет, воскрешённый, покидать четыре метра
Ядовитого папашу и любимых корешей;
Говорит через окошко - тише примуса и ветра:
“Уезжайте, бывший папа, - здесь темно и много вшей...”
А однажды - у соседа, что живёт в дому тесовом
И содержит сад огромный, где ранетки и морковь -
Он и Женька драли репу и забор сломали новый;
И цепная псина Нера искусала Женьку в кровь!
Ах, папаня и маманя дорогие
Как жестоки наши юные года!
Всё, сначала бы - мы были бы другие, -
Никогда!..
Участковый, дядя Вася, к ним пришёл, сказал, что вора,
Он отправит по этапу, и бумажку дал на штраф.
Воевал он с батей рядом - стало ясно в разговоре.
Он забрал свою бумажку, хоть и знал, что был не прав.
И с тех пор, как этот Вовка избежал тюрьмы и смерти, -
О живёт вполне толково. Я писал ему, и он
Мне ответил. И напомнил его адрес на конверте -
Наше сказочное детство, старый двор, как дивный сон!..
Ох вы травы, травы, травы золотые;
Ох ты, тихая проточная вода.
Не печалься: мы остались молодые -
Навсегда!..
Он в начальники не вышел и детей своих не бросил,
И живёт с женой хорошей - только вредной и больной.
А отец - пропил протезы; с костылём, вторую осень,
Отдыхает в Кисловодске, гордый сыном и Страной.
“Приезжай! - мне пишет Вовка - Встретим мы тебя по-царски:
Мама сделает пельмени и окрошку с огурцом.
Выслал я тебе рыбёшки и твоим мальчишкам цацки.”
Понял я, что не удастся, и поплакал над письмом...
Помнишь неба светло-синюю кастрюлю
И чаинки чёрных ласточек на дне?..
Я годами ту картину караулю -
Не везёт мне!..
Не везёт мне...
14. ДЕНЬГИ, ДЕНЬГИ, ВЕЩИ, ВЕЩИ
Пейзажи, ландшафты и виды в придачу,
Поля и леса - благодать!
Согретые солнцем курорты и дачи -
Полжизни за это отдать!
И восходы - загляденье,
И закаты я люблю!
Но природа стоит денег -
Каждый листик по рублю!
Запах сена, дух озона -
На веранде летней тенью -
Стоит денежного звона!
Деньги, деньги, деньги, деньги,
Деньги, деньги, деньги, деньги.
На берёзе все серёжки,
Корабли в морской дали -
Это трёшки, это трёшки
И рубли, рубли, рубли,
Рубли, рубли, рубли, рубли.
Мы честно справляем наш долг, нашу службу;
Но часто работа нам - казнь!
И нету прекраснее долга, чем дружба -
Взаимная, эта, приязнь!
Удовольствие простое
Обретёшь не без труда:
Друг, - он тоже денег стоит
И не малых, иногда!
За столом - ночные бденья
В благомыслии земли!
Потребленье, потребленье! -
Всё рубли, рубли, рубли,
Рубли, рубли, рубли, рубли.
Возвышенье, продвиженье -
Если что-то есть в кармане, -
Это - дружбы продолженье!
Мани, мани, мани, мани,
Мани, мани, мани, мани.
Идеи и вещи на всём белом свете,
И грешная плоть, и святая душа -
Подвластны монете, монете, монете:
Ни шагу ни ступишь нигде без гроша!
И расчёты нас тревожат:
Кто купил, а кто продал -
По дешевле, по дороже -
Люди гибнут за металл!
И за фирменную тряпку,
И за джинсы и дублёнку -
Продаём родного папку,
Дедку с бабкой и сестрёнку!
Дедку с бабкой и сестрёнку!
Голос страшный, голос вещий
Нас зовёт в свои владенья:
Вещи, вещи, вещи, вещи;
Деньги, деньги, деньги, деньги;
Вещи, вещи, вещи, вещи;
Деньги, деньги, деньги, деньги!
Ой-ёй-ёй - ёй-ёй - ёй-ёй - ёй-ёй!
15. НИЩИЙ ШИММИ-БЛЮЗ
Давно он не мытый - в башке колтун!
И кожа на морде, как в паху у слонихи...
И бьёт, с похмела, его тик-колотун...
Тиха! Тиха! Ти-ти - тиха!..
Граждане, нищие, мимо идут,
Но он, побираясь, не просит:
Глядит на асфальт, на окурки, на люд -
Ну, конечно, столько народу, кто-нибудь бросит!..
Когда наберётся во вшивый картуз -
На ночь поллитрового рая;
Бредёт зазеркальный, оборванный туз
В угол сарая, сарая, сарая...
Я - тоже - оставлю любимый мой труд,
И сяду в пыли перехода!
Пусть мимо несчастные люди идут
Годы, годы, годы, го-го-годы...
Я стану смотреть на подошву их ног,
На брюки, плевки и подковы -
Иначе в России я выжить не смог!
Что вы! Что вы? Ну, что, вы?!.
Нетрезвая радость - похмельный синдром
И близость родного народа!..
И льёт на меня что-то ангел ведром...
Это - Свобода! Свобода, свобо...
O, ye... блин...
16. СОЧЕТАНИЯ И ПЕРЕСТАНОВКИ
Чем больше живёшь -
Тем меньше хочется жить!
Чем больше пьёшь -
Тем больше хочется пить!
Чем меньше живёшь -
Тем меньше хочется пить!
Чем меньше пьёшь -
Тем больше хочется жить!
Чем меньше пьёшь -
Тем меньше хочется пить!
Чем меньше живёшь -
Тем больше хочется жить!
Чем больше живёшь -
Тем больше хочется пить!
Чем больше пьёшь -
Тем меньше хочется жить!
17.
Предчувствуя горечь гонений,
На грани гражданской войны,
От имени всех поколений,
Скажу я владельцам страны:
Затем, чтоб избегнуть событий,
Что горе земле принесут,
Прошу вас - совсем уходите -
Проигран с историей суд!
Наша нищая обитель
Вас до тучности вскормила.
Уходите, уходите
От ветрила, от кормила.
Вы жили всегда по закону,
Что против ума и любви.
Вождя поместив на икону,
Штандарты измазав в крови.
Союзница вашему трону
Великая белая вошь,
И держит над вами корону
Всеобщая красная ложь!
Господа коммуноверцы
Вы не любите Россию.
Вы её убили в сердце
Овладев в грязи насильно.
Вглядитесь в российские лица -
Остатки от казней и бойни.
Кто видит молчит и боится -
Пусть кто-то, но только не он.
И нету от вас покаянья
Ни в Москве, ни в убогой глуши,
Заглавное ваше деянье -
Чернобыль российской души!
Ваше долгое правленье
Губит землю, рушит стены.
Только мерзость запустенья
Входит в дом наш постепенно.
Чудовища Босха - наивны:
Здесь вывернут мозг и нутро
Во имя истории дивной
Сто раз изменённой хитро.
И царь, не владеющий русским,
Коряво и искренне врёт,
И до смерти пьёт, без закуски,
Виновный в молчаньи народ.
Не свидетель, но святитель
Станет времени знаменьем.
Уходите, уходите
По разбросанным каменьям...